Брауншвейг
путеводитель по легендарному региону
Нижняя Саксония
Исторический регион Германии

Архитектура
Жемчужины Брауншвейга

Храмы
Великолепие средневековой готики
Дворцы и замки
Красота архитектуры Брауншвейга

Брауншвейг сегодня
Современная жизнь в Брауншвейге
Рождество
Брауншвейг в Рождество

Природа
Красота природы Нижней Саксонии
 

Германия и немцы глазами русских: XIX век

Образ немца в русской народной культуре XVIII-XIX вв.

Мы начинаем с темы русской народной культуры отнюдь не случайно. Народная культура близка к «коллективному бессознательному», тому, что мы называем ментальностью, формирующейся в общении ребенка с родителями, с другими людьми, с природой, в приобщении его к религии, в повседневной жизни, в процессе включения его в социум и усвоения его обычаев, представлений, способов поведения и ценностных ориентаций. Представления, связанные с народной культурой, входят в фольклорное мышление, свойственное всем членам общества без исключения. Что касается представлений о немцах, то и простые крестьяне, и люди «из общества» в повседневной жизни могли высказать в их адрес одинаковые тривиальные оценки и характеристики, использовать одинаковые шутки и прозвища. Все это составляло глубинную основу представлений о немцах в «коллективном мировиденьи» простого народа. Именно коллективное мировиденье русских крестьян и городского простонародья я имею в виду, говоря о «народной культуре». С переходом от ментального уровня к рефлексии эти представления, разумеется, обогащаются, но основа, заложенная в ментальности и отраженная в народной культуре, остается в сознании в качестве неизменной компоненты.

Петербургским жителям XIX в. приводилось каждый день встречаться с героями гоголевского «Невского проспекта» Шиллером и Гофманом. Но это был «...не тот Шиллер, который написал "Вильгельма Телля" и "Историю Тридцатилетней войны", но известный Шиллер, жестяных дел мастер в Мещанской улице ... не писатель Гофман, но довольно хороший сапожник с Офицерской улицы»29. Такое близкое знакомство, во всяком случае с городскими немцами, конечно, играло огромную роль в формировании отношения к немцам вообще и оказалось решающим в создании образа немца в коллективном мировиденьи.

Но существовал ли в русской народной культуре XVIII-XIX вв. образ немца? Известный этнограф и беллетрист XIX в. С.В. Максимов передает беседу со старым матросом Ершовым, прослужившим на флоте 25 лет, дважды обошедшим вокруг света и повидавшим многие страны. Разговор идет о том, как случалось драться с французами и англичанами; на вопрос о других народах матрос неожиданно отвечает:

- Других народов нету.

- А немцы?

- Об этих и говорить не стоит. С этими мы на мысе Доброй Надежды подрались - руки только раззудили: и работать нечего было.

Для матроса Ершова «весь мир развалился на три главных народа: французов, англичан и русских. Немец был что-то среднее, межеумок, как бы переход к другим народам».

Как объяснить странные речи матроса? Пониманием слова «немцы» в духе XVI-XVII вв., когда «немцами» называли вообще чужеземцев? Но ведь разговор идет уже во второй половине XIX в., и сам Ершов различает англичан и французов. Его неосведомленностью? Трудно ответить на эти вопросы. Скорее всего, в голове у матроса порядочная каша. Но его слова все-таки отражают находящий и другие подтверждения факт, что представление о немцах как о людях четко обозначенной и отделенной от других групп нации, живущих на собственной земле, было среди русских необразованных людей весьма смутным.

Впрочем, это касается не только немцев. В XIX в. среди крестьян (часто и в среде городского простонародья) царили весьма неопределенные, порой фантастические представления о других народах. О существовании некоторых, даже европейских, народов просто не знали.

Версия для печати